Четверг, 22 сентября 2016 10:29

Площади столицы

Площадь Кошута (Kossuth tér)

Площадь названа в честь Лайоша Кошута, известного государственного деятеля и революционера, бывшего премьер-министром и правителем-президентом Венгрии во время Венгерской революции (1848-1849 гг.). С 2012 года площадь стала важным мемориальным местом для всей страны. Также на площади можно увидеть Парламент, Этнографический музей и Министерство образования. Кроме того, здесь были установлены скульптуры самого Лайоша, графа Андраши, а также сооружение, в котором почтили память жертв 56-го года.

Опубликовано в Статья

1. Проектировал синагогу немецкий архитектор Людвиг Фёрстер, которому также принадлежит проект синагоги в Вене.

Опубликовано в Статья
Вторник, 23 августа 2016 06:03

Один итальянец в Париже

Монмартр, Монпарнас, Париж... Даже тот, кто особо не интересуется искусством, никогда не был во Франции, когда-нибудь слышал эти названия, давно ставшие именами нарицательными. На рубеже прошлого и позапрошлого столетий два парижских холма оккупировали десятки молодых, талантливых, неутомимых в поиске обновления во всем на свете - и в искусстве, и в мышлении, и в образе жизни - интеллектуалов.

Опубликовано в Статья
Четверг, 18 августа 2016 06:23

Крыша Мира

Августовское небо в Будапеште особенно привлекательно своей глубиной и резкостью. От этого предметы на его фоне кажутся такими объемными. Крыши, башни, черепица, купола - все завораживает чистым солнечным 3D эффектом. А в Будапеште есть на что полюбоваться, задрав голову, уж поверьте. Глаза разбегаются и цепляются за всевозможные орнаменты, скульптуры и барельефы в стилях сецессии, барокко и эклектики.

Опубликовано в Статья
Пятница, 05 августа 2016 08:16

Шанель в Музее Людвига

Высокая мода, светская тусовка, очаровательные топ-модели... Все вполне органично уживается в едином пространстве, не требуя дополнения. Но иногда бывает, что гламурный набор становится составляющей большого, настоящего искусства.

Опубликовано в Статья

В мартовском выпуске мы уже писали об истории этого уникального произведения искусства - гобелене с картины Лосенко «Владимир и Рогнеда» (http://www.kurier.hu/node/3153). Теперь мы хотим познакомить с важными деталями.

На второй фотографии слева от Рогнеды в слезах стоит ее кормилица, на следующей - сама гордая княгиня, затем, в смятении, князь Владимир, и наконец, смиренная горничная. Ценность гобелена в том, что он точно повторяет шедевр русского живописца и также является уникальным произведением. Дополнительную информацию о приобретении гобелена вы можете узнать у Жолта Мартона на английском языке: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
 

Опубликовано в Статья
Понедельник, 06 июня 2016 06:03

Летописцы XXI века

Венгерские фотографы давно занимают почетный верхний ряд в пирамиде мировой фотографии. Эндре Кертес, Ласло Мохой-Надь, Роберт Капа... И новое поколение художников третьего тысячелетия блестяще продолжает традиции, начатые великими мастерами.
В главном выставочном зале Будапешта - Мючарноке сейчас открыт Национальный салон фотографии, где представлено искусство венгерских художников начала XXI века за прошедшие 15 лет. Острые репортерские, остановленные на века мгновения, гармонично выстроенные композиции, открытые гениальным объективом чудеса природы, потрясающие портреты.

Опубликовано в Статья

Недавно в одном фильме услышала цитату А. Иванова: «Мосты - самое доброе изобретение человечества. Они всегда соединяют»… А ведь правда, какую огромную роль эти сооружения играли в истории! Мосты являлись символом прогресса, соединяли между собой города, страны, их берегли как зеницу ока, во время войны именно они страдали в первую очередь.

Опубликовано в Статья

Венгерские археологи полагают, что после нескольких лет поисков им удалось определить место, где было захоронено сердце турецкого султана Сулеймана Великолепного. Осенью 2015 года велись раскопки останков у стен предполагаемой гробницы. О результатах работы сообщается в пресс-релизе на сайте университета города Печ.
В 1566 году султан умер во время осады венгерского города Сигетвар. Тело Сулеймана было отправлено для погребения в столицу, но при бальзамировании из него были извлечены сердце и другие органы и захоронены в усыпальнице, построенной рядом с войсковым лагерем турок. Вскоре вокруг возникло турецкое поселение под названием Тюрбек, к которому потянулись турецкие паломники. В битвах XVII века, когда османы были изгнаны с территории нынешней Венгрии, Тюрбек был разрушен, а гробница затерялась.
Раскопки в окрестностях Сигетвара ведутся с 2013 года. Уже было найдено много материальных следов османского присутствия, но главной целью археологов было найти место, где захоронено сердце султана. Они проверили ряд возможных мест, в том числе и церковь Девы Марии Защитницы, которая, по распространенной версии, была построена на месте усыпальницы. Но ни это, ни другие места не соответствовали указаниям сохранившихся письменных источников, да и раскопки оказались безрезультатными.
Надежду вселял участок виноградника на холме Жибот-Турбек. В 2014-2015 гг. при помощи георадара в этом месте были определены остатки ряда строений. Одно из них было точно ориентировано на Мекку, как положено мечети. В целом группа строений хорошо соответствовала плану селения Тюрбек, сделанному в 1664 г., где присутствовали мечеть с усыпальницей, община дервишей, казарма для турецкого гарнизона, фортификационные укрепления.
Осенью прошлого года археологи раскопали остатки мечети, главный зал в форме квадрата со стороной 7,8 метра. В зал вел скрытый проход с северо-запада. Обнаружились и следы проникновения в здание грабителей XVII века: в центральной части ими была выкопана двухметровая яма. Декоративные элементы, фрагменты которых обнаружили археологи, напоминают украшения усыпальницы Сулеймана в Стамбуле.
Археологи считают высоко вероятным, что именно это здание было местом, где захоронили сердце султана. Весной 2016 года есть намерение возобновить раскопки.
АПН
Фото: Máté Kitanics

 

Опубликовано в Статья

Острейшая гуманитарная и правозащитная проблема массовой миграции, с которой сталкивается сегодня Европа, заставляет экспертов в поисках путей своего решения обращаться к историческому опыту. Один из наиболее продуманных и эффективных ответов мирового сообщества на этот вызов был связан с интеграцией в новое общество 200 тыс. венгров, покинувших родину после подавления революции 1956 года. Опыт адаптации к новым условиям жизни своих соотечественников в те годы должно учитывать и правительство современной Венгрии, вновь оказавшейся в центре миграционного бума, правда, на этой раз в качестве принимающей стороны.

Одна из наиболее значительных в новейшей истории Венгрии волн эмиграции пришлась на первые месяцы после событий октября-ноября 1956 года. Речь идет о подавлении советскими войсками крупномасштабного восстания 23 октября (приведшего к полному краху всей системы партийно-государственной власти в Будапеште и на периферии), свержении 4 ноября не сумевшего овладеть ситуацией правительства Имре Надя и установлении контролируемого Москвой правительства Я. Кадара, приступившего к «наведению порядка» при поддержке советских силовых структур. Массовый стихийный исход населения из Венгрии с ноября 1956-го до конца весны 1957 года, охвативший более 200 тыс. человек, создал серьезные проблемы не только для соседних Австрии и Югославии - первых стран, принявших поток беженцев, но для всего мирового сообщества.
Для Венгрии исход 1956 года имел значительные демографические последствия. В потоке беженцев были представлены люди разных специальностей, социальных и возрастных категорий, но прежде всего трудоспособная и обладающая определенной профессиональной подготовкой молодежь. Учитывая немалую представленность в потоке миграции интеллигентов и студенчества, эти последствия далеко не в последнюю очередь были связаны с ослаблением интеллектуального потенциала страны. Массовый исход нанес не только материальные, но и психологические травмы тысячам венгерских семей, сотни тысяч людей лишились навсегда (или надолго) своих родных и близких.
О мотивах бегства дают представление прежде всего источники, собранные методом oral history. Социологи работали с беженцами уже начиная с 1957 года, в том числе в рамках большой программы, финансируемой правительством США; в последующие десятилетия к интервьюированию беженцев «поколения 1956 года» подключились историки. Чаще людей побуждали к миграции экономические мотивы - венгры, недовольные низким жизненным уровнем, стремились вырваться на Запад в поисках лучшей доли. Среди экономических мигрантов были не только, упрощенно говоря, неудачники (люди с негативным опытом социализации, не сумевшие найти себя при коммунистическом режиме и хотевшие начать «новую жизнь» в новой стране), но и «искатели удачи» - лица, по своему духовному складу склонные к авантюрным поступкам и не в последнюю очередь жаждавшие новых возможностей обогащения.
Однако не реже, нежели экономические мотивы, людьми двигали мотивы политические - страх перед преследованиями за причастность к октябрьским событиям или - в более общем плане - стремление к свободе, ожидания политического ужесточения и нежелание жить в условиях жесткой диктатуры сталинского типа.
Летом 1956 года в условиях некоторой разрядки напряженности в международных отношениях были снесены ранее установленные в условиях холодной войны технические заграждения на венгерско-австрийской границе с венгерской стороны, что впоследствии облегчило для многих людей возможности покинуть страну. Уже летом учащаются случаи бегства венгерских граждан в Австрию. С началом октябрьских событий в Венгрии австрийские власти уже в самые первые дни, получив представление о характере и масштабах происходящего в соседней стране, предвидели скорое возникновение проблемы беженцев. Уже 28 октября правительство на своем чрезвычайном заседании по инициативе министра внутренних дел социалиста О. Хельмера выразило готовность предоставить венграм право убежища независимо от того, какие причины их вынудили покинуть родину. Беженцев предстояло препровождать в специально отведенные для них лагеря, разоружив, разумеется, тех, кто пересек границу с оружием.
Для Австрии, получившей нейтральный статус на основании подписанного в мае 1955 года договора 4 держав о восстановлении полного суверенитета страны, венгерские события (включая порожденную ими острую проблему беженцев) явились пробным камнем собственного нейтралитета. Уже в день будапештского восстания 23 октября собравшееся на срочное заседание австрийское правительство при отсутствии канцлера Ю. Рааба, находившегося до 25 октября в ФРГ, решило, что Австрия будет строго придерживаться принципа невмешательства в венгерские дела. Вместе с тем 28 октября австрийское правительство обратилось к правительству СССР с призывом принять меры в целях прекращения военных действий (вступление советских войск в венгерскую столицу в ночь на 24 октября, как известно, лишь подлило масла в огонь вооруженного противостояния). Вплоть до начала 4 ноября крупномасштабной операции Советской Армии Австрия была единственной страной, официально обратившейся к СССР с таким требованием.
Количество людей без должным образом оформленных документов, пересекших венгерско-австрийскую границу с 23 октября по 3 ноября, трудно точно определить, поскольку регистрировать беженцев начали не ранее 28 октября. Число зарегистрированных мигрантов составило 1335 человек.
Советские войска вошли в Будапешт рано утром 4 ноября, и уже первая большая волна беженцев достигла Бургенланда в тот же день. Сломав систему контроля, выстроенную с австрийской стороны, за сутки границу пересекло 6 тыс. человек. Власти Австрии не чинили препятствий. Более того, правительство сочло необходимым «восточную границу Австрии обозначить красно-белыми флажками, чтобы показать беженцам путь к свободе, а советским танкам - дать знак, что границу переходить не разрешено».
К 7 ноября в Австрии уже находилось 10 тыс. беженцев, а в последующие дни поток продолжал нарастать, в отдельные дни страну покидали 5 (и более) тысяч человек в сутки. К границе пробирались, как правило, пешком, преодолевая по осенней слякоти несколько десятков километров. Поток был совершенно разнородным, но определенный процент среди бежавших составляли военнослужащие. Более 1000 человек пересекли границу с оружием в руках. Все они были разоружены и интернированы, до середины декабря находились в особом лагере.
Массовый исход, охвативший страну, достиг своего пика 23 ноября, когда венгерско-австрийскую границу за сутки пересекло 8537 человек, с размещением которых возникли серьезные проблемы. Это было напрямую связано с прозвучавшим по радио сообщением о депортации в Румынию свергнутого премьер-министра Имре Надя, до тех пор находившегося в укрытии в югославском посольстве. Теперь уже нельзя было надеяться, что премьер-министр, последовательно отстаивавший суверенитет Венгрии, вернется к власти, и это вызвало массовую депрессию в венгерском обществе, способствовавшую оттоку людей за рубеж. По некоторым сведениям, всего за 5 дней границу пересекло более 45 тыс. человек. При этом следует иметь в виду, что именно к двадцатым числам ноября с венгерской стороны ужесточается пограничный контроль. С одной стороны, к этому времени спецслужбы несколько оправились от перенесенного вследствие октябрьских событий паралича. С другой стороны, в первые две-три недели после 4 ноября среди части кадаровского руководства бытовало негласное мнение о том, что не следует ставить слишком жестких препон на пути людей, желающих покинуть страну, ибо бегство активных оппозиционеров ведет к снижению напряженности в обществе. Однако масштабы, которые приобрел исход, заставили власти быстро откорректировать эту позицию.
При всех своих усилиях Австрия не могла в условиях нового миграционного бума всецело взять на себя заботы по материальному обеспечению столь большого количества беженцев, достигшего в середине ноября 70 тыс., а в начале декабря превысившего 100 тыс. человек. Уже 5 ноября федеральное правительство Австрии в ожидании массового наплыва иммигрантов из Венгрии направило телеграмму Верховному комиссару ООН по делам беженцев и в подведомственную ему структуру UNREF (United Nations Refugee Foundation) с просьбой о помощи. Речь шла, прежде всего, о денежных вливаниях с тем, чтобы можно было обеспечить на соответствующем уровне уход за беженцами, снабжение питанием. В телеграмме содержалась также просьба об обращении к другим странам с тем, чтобы те согласились принять определенное количество беженцев. Решение возникшей гуманитарной проблемы было невозможно в одиночку, без приложения общих усилий, поскольку неожиданно вставшие задачи превосходили возможности малой, 7-миллионной среднеевропейской страны. 14 ноября памятные записки соответствующего содержания были адресованы МИД Австрии правительствам 20 стран.
27 ноября австрийское правительство по предложению канцлера Ю. Рааба приняло решение перевести на нужды беженцев 10 млн шиллингов (более 400 тыс. долларов) - заключительную порцию той суммы, которая была выделена Австрии в соответствии с планом Маршалла. Для размещения мигрантов создается 257 лагерей (крупнейший из них - близ села Фрайскирхен), довольно равномерно распределенных по стране, с тем чтобы власти каждой из австрийских земель могли внести свой посильный вклад в решение общегосударственной проблемы. Были задействованы здания школ, пансионатов, туристических и спортивных баз, богаделен и т. д. Образуется специальная государственная структура, занимавшаяся вопросами материального, юридического, духовного обеспечения беженцев, проблемами трудоустройства работоспособной молодежи, а также обучения детей, находившихся в лагерях, в школах с преподаванием на венгерском языке. Но количество беженцев неуклонно росло - на 30 ноября в Австрии, по некоторым данным, было зарегистрировано 52 277 венгерских мигрантов (реально их находилось в стране к этому времени значительно больше), на 10 декабря - 79 170 человек, на 31 декабря - 153 690 человек. Довольно много бежавших в ноябре-декабре было зарегистрировано уже в 1957 году. В начале декабря 1956-го в лагерях, находившихся под эгидой Международного Красного Креста, проживало 57 тыс. беженцев.
Приток столь большого числа иммигрантов ложился заметным бременем не только на федеральные, но и на местные органы власти, особенно в восточных землях страны - Бургенланде и Нижней Австрии, создавал дополнительные социальные проблемы, вызывавшие недовольство населения, тем более что среди беженцев была определенная прослойка люмпенизированных и даже уголовных элементов, склонных ко всякого рода антиобщественным поступкам. По оценкам историков, среди 200 тыс. беженцев имелось не менее 3000-4000 лиц, ранее осужденных в Венгрии за совершенные преступления; многие из них вышли на свободу в конце октября в обстановке полного безвластия и хаоса в стране.
В целом в австрийском общественном мнении, привычном к притоку политиммигрантов из стран Восточной, Юго-Восточной Европы, доминировали настроения в пользу оказания помощи беженцам из соседнего, тесно связанного с Австрией общностью исторических судеб государства. Жители приграничных бургенландских сел приносили продрогшим, изголодавшимся венграм теплую одежду и горячую пищу (конец ноября выдался в Средней Европе на редкость холодным, в отдельные ночи температура на венгерско-австрийской границе опускалась до 15 градусов ниже нуля). В создание нормальных условий для проживания беженцев добровольно вносили свой вклад многочисленные благотворительные организации, католическая церковь.
Как бы там ни было, поведение некоторых категорий беженцев создавало в обществе определенную напряженность, почву для ксенофобских настроений. Пути решения проблемы виделись в том, чтобы как можно быстрее наладить канал переправки в другие страны тех, кто не склонен был долго задерживаться в Австрии. Отвечая на сделанные соответствующими международными организациями запросы, Австралия, Бразилия, Колумбия выразили готовность принять по 10 тыс. венгерских беженцев, США - в конечном счете 21,5 тыс., Канада - без ограничений. Каналы организованной переправки мигрантов были отлажены в первой половине декабря. По данным на 18 декабря, из 143 тыс. зарегистрированных к этому времени в Австрии беженцев 66 тыс. было переправлено дальше на Запад. Выезжавшие в Вену эмиссары из разных государств (вопреки некоторым правительственным декларациям о готовности принять всех желающих без предварительной селекции) предпочитали отбирать для оформления разрешений на въезд в свои страны людей молодых, здоровых и физически сильных. Так, рынок рабочей силы в ФРГ, Великобритании, Бельгии испытывал некоторую потребность в шахтерах, и этот спрос мог быть удовлетворен за счет молодых венгров, специально отобранных в транзитном лагере, организованном на скорую руку близ международного аэропорта Швехат. Вполне понятная позиция европейских и американских миграционных служб порождала, однако, некоторую напряженность в их отношениях с австрийскими властями, явно не желавшими, чтобы в их стране остались только калеки, матери-одиночки, старики и другие категории населения, нуждающиеся в серьезной социальной поддержке.
По мнению наиболее оптимистически настроенных экспертов, вливание «свежей венгерской крови» способствовало бы некоторому улучшению демографической ситуации в Австрии, стране с низким уровнем деторождаемости. В дальнейшем, однако, число 30 тыс. было признано нереальным и скорректировано в сторону уменьшения до 12-15 тыс.
29 ноября Президиум ВНР объявил амнистию всем, кто бежал из страны до конца ноября, при условии, если они вернутся до 31 марта 1957 г. Согласно частым утверждениям официальной венгерской пропаганды, в соответствии с этой амнистией даже те, кто участвовал после 23 октября в повстанческом движении, не могли быть привлечены к уголовной ответственности (впоследствии эти декларации были вероломно нарушены, амнистия освобождала от ответственности только за незаконное пересечение границы).
Одна из существенных проблем заключалась в том, что среди бежавших было много несовершеннолетних. Согласно версии венгерской стороны, австрийские власти сознательно препятствовали возвращению 14-16-летних подростков домой и даже насильственно отправляли их в другие страны.
Мировая общественность, в целом негативно отнесшаяся к советской военной акции в Венгрии, не была склонна принимать на веру многие утверждения советской и венгерской пропаганды, хотя и признавала остроту проблемы, трудности адаптации тысяч людей к новым условиям жизни, неспособность австрийских властей справиться без помощи извне с таким наплывом беженцев. Не только в Австрии, но и в других странах существовали сильное недоверие к правительству Кадара и резонные (впоследствии подтвердившиеся) опасения того, что многие вернувшиеся на родину подвергнутся преследованиям.
По подсчетам австрийской стороны, для того чтобы принять (хотя и временно) такое количество беженцев, требовалось не менее 30 млн долларов - речь шла о сумме совершенно непосильной для австрийского бюджета. Объем реально предоставляемой Австрии материальной помощи извне не соответствовал огромным материальным затратам. Перечисление денег запаздывало. Вдобавок к концу декабря в основном заполняются квоты по приему беженцев, в том числе и США. Чем больше становилось беженцев, тем чаще попадались в их среде лица, склонные к антиобщественным поступкам. Задержки с выездом на Запад способствовали деморализации многих венгров, с самого начала рассматривавших Австрию как транзитную страну и рассчитывавших на скорый отъезд в другие страны. Атмосфера в лагерях временного проживания становится более напряженной: учащаются правонарушения, происходят голодовки, регистрируются попытки самоубийства, возрастает число людей, склонных к репатриации.
В этих условиях во избежание еще более взрывоопасной обстановки в местах большого скопления беженцев австрийские власти пошли на решительный шаг. С 15 января 1957 года Австрия плотно закрыла границу, прекратив прием желающих прорваться в страну. К этому времени и с венгерской стороны начали восстанавливать технические преграды, затруднившие отток беженцев. Подступы к границе были заминированы. С этих пор поток миграции в западном направлении резко ослабевает: если в ноябре венгерско-австрийскую границу пересекло до 100 тыс. человек, в декабре - около 40 тыс., то в январе, по некоторым данным, - 18 тыс., в феврале - всего 3 тыс. человек. Та же динамика сохранялась и позже, к июню цифра опустилась до 50 человек в месяц, что соответствовало «нормам», существовавшим до октябрьских событий.
Судьбы венгерских беженцев на Западе после отъезда их из Австрии и Югославии складывались по-разному, процесс адаптации к новой среде, интеграции в общества принимающих стран был зачастую болезненным. Не все могли найти работу по специальности, были случаи, когда врачи становились шоферами, университетские преподаватели - гардеробщиками. Но многие люди, напротив, смогли найти себя в «новой жизни» - недавние рабочие преуспевали в бизнесе, становились журналистами эмигрантских СМИ и т.д. Таким образом, изучение судеб тысяч мигрантов дает многочисленные примеры как восходящей, так и нисходящей социальной мобильности.
Особую категорию беженцев (точнее, невозвращенцев) составили венгерские спортсмены, не вернувшиеся на родину с Мельбурнской летней олимпиады, состоявшейся в ноябре-декабре 1956 года в Австралии. Выступление венгерских олимпийцев, занявших 3-е место в неофициальном командном зачете после СССР и США, стало не просто триумфом, дополнившим некоторыми новыми штрихами сложившийся в западном общественном мнении положительный образ страны, борющейся за суверенитет. Оно стало своего рода компенсацией ущемленного национального достоинства.
Венгерские спортсмены, выразившие желание остаться на Западе, не были лишены венгерского гражданства. Лишение беженцев и невозвращенцев гражданства применялось кадаровской властью лишь в редких случаях, что было связано с установкой на проведение объемной пропагандистской работы, призванной убедить эмигрантов в необходимости репатриации (утрата гражданства заведомо отсекала бы для многих возможность возвращения на родину; лишать гражданства активных противников режима также не хотели - как граждане они должны были нести ответственность за любые действия, направленные против власти). Специально для беженцев волны 1956 года начинает издаваться газета Magyar Szemle («Венгерское обозрение»). Уже в конце 1950-х годов организуется ряд туристических поездок в Венгрию делегаций, составленных из эмигрантов (как правило, людей, нашедших себя на Западе и в силу этого достаточно влиятельных в эмигрантской среде и при этом лояльных кадаровскому коммунистическому режиму). Расчет делался на то, что многие из тех, кто не хочет вернуться насовсем, все же надеются поддерживать связи с родиной. Приезды этих делегаций обставлялись показухой, кадаровские власти вкладывали средства в свой пропагандистский проект, полагая, что, вернувшись в страны пребывания, хотя бы некоторые из приглашенных своими рассказами развеют опасения своих менее удачливых соотечественников, опасающихся возвращаться на родину. Работа с представителями венгерских диаспор в ряде случаев использовалась и для установления более тесных связей с теми или иными странами - задача выхода Венгрии из внешнеполитической изоляции была для кадаровского режима одной из приоритетных. Согласно сформировавшимся к концу 1950-х годов твердым установкам, вести пропаганду в пользу репатриации надо было так, чтобы не осложнялись отношения с западными странами.
Как бы там ни было, вернулось, по данным И. Мюрбер, не более 7% мигрантов волны 1956 года. Если даже считать эту цифру несколько заниженной (не принимающей во внимание тех, кто вернулся после 1958-1959 годов), следует заметить, что в выступлениях Кадара число возвращенцев сильно преувеличивалось. Так, в январе 1958 года венгерский лидер говорил о 28 тыс. вернувшихся, а в октябре 1960-го с трибуны Генассамблеи ООН - о 40 тыс. репатриантов. То есть речь шла уже о каждом пятом беженце (манипуляции с цифрами облегчались тем, что в конце 1950-х годов в Венгрию возвращались и представители других волн эмиграции - в том числе, кстати говоря, и из СССР). Для Кадара любое возвращение беженцев домой было голосом в пользу режима, доказательством его легитимности, как и свидетельством успеха, результативности проводимой политики. А потому режим уделял столь большое внимание программе репатриации, ее пропагандистскому обеспечению. Дьердь Ацел, в 1960-е годы постепенно выдвигавшийся на роль главного идеолога ВСРП, в своих публичных заявлениях неоднократно подчеркивал нежелание венгерского правительства ограничивать свободу въезда в страну тех, кто бежал за границу в 1956-1957 годах. Среди прочего он заявил об этом в 1964 году на состоявшейся в Будапеште конференции международного Пен-центра.
Однако далеко не все вернувшиеся в Венгрию были приняты с обещанным радушием. Не так уж мало людей подверглось репрессиям за причастность к событиям осени 1956-го, имели место даже случаи смертных приговоров. Недоверие к репатриантам (особенно представителям интеллигенции) проявлялось и при приеме на работу. Некоторые из вернувшихся, разочаровавшись в сделанном выборе, пытались вновь покинуть страну.
Кадаровский режим, призывая беженцев к возвращению, пытался компенсировать потери рабочей силы, утрату части интеллектуального потенциала общества, серьезный демографический ущерб, вызванный массовым исходом населения. Венгрия в любом случае осталась в проигрыше, выиграла же соседняя Австрия, хорошо наладившая прием и обеспечение десятков тысяч мигрантов. Предпринятые австрийским правительством и обществом в конце 1956-1957 годов усилия снискали международное признание. Это способствовало повышению политического и морального авторитета нейтрального среднеевропейского государства, только в 1955 году восстановившего свой полный суверенитет. Правительство Ю. Рааба сумело заставить работать в свою пользу последствия серьезного международного кризиса, придать своим действиям демонстративно-пропагандистский эффект, показать способность нейтральной Австрии в сотрудничестве с международными организациями решить сложнейшую, общеевропейского значения гуманитарную проблему. Вместе с тем была продемонстрирована роль международных механизмов и многосторонней дипломатии в разрешении подобного рода гуманитарных проблем. Генеральный секретарь ООН Д. Я. Хаммершельд и многие наблюдатели в мире высоко оценили акцию помощи венгерским беженцам, которую удалось осуществить на должном уровне без лишних бюрократических проволочек (особенно в сложнейших условиях конца ноября - декабря 1956 года, когда с неожиданным наплывом в течение считанных недель более 100 тыс. мигрантов Австрия оказалась перед лицом серьезнейшего вызова, способного повлечь за собой социально-гуманитарную катастрофу). Проблема беженцев из стран Восточной Европы неоднократно приобретала остроту и в последующем, и при попытках ее решения был так или иначе востребован сохранявший свою актуальность опыт 1956-1957 годов.
С решением проблемы беженцев волны 1956 годa снижается напряженность в венгерско-австрийских отношениях. В октябре 1958-го Австрия признала кадаровское правительство, министр иностранных дел Венгрии Э. Шик побывал в Вене, был хорошо принят, в двусторонних отношениях обозначился перелом. Венгерско-австрийские отношения в 1960-1970-е годы не просто нормализуются, а становятся довольно тесными, вплоть до разрешения безвизовых поездок. Коммунист-прагматик Я. Кадар, приступивший к либерализации своего режима и предпринявший ряд экономических реформ, довольно легко нашел общий язык с другим прагматичным политиком, заботящимся прежде всего о материальном благосостоянии своих подданных, - австрийским социал-демократом Б. Крайским. С канцлером капиталистического государства его связывали даже несколько более доверительные и неформальные отношения, нежели с первыми секретарями компартий социалистических государств. Соответственно и венгерско-австрийская граница превращается со временем в своего рода символ мирного сосуществования двух систем. Уже в 1965 году венгерские власти принимают решение о сносе технических заграждений на границе, восстановленных в начале 1957 года. Драматические события «будапештской осени», включая массовый исход венгров в Австрию, становятся не более чем эпизодом в богатой, многогранной истории взаимоотношений двух соседних народов, оставившим след в исторической памяти каждого из них, но не сильно отягощающим процесс взаимопонимания.
Александр СТЫКАЛИН

 

Опубликовано в Статья
Страница 2 из 3

ПЕЧАТНЫЕ ИЗДАНИЯ

ГАЗЕТА ПУТЕВОДИТЕЛЬ
Путеводитель по Венгрии с картой
Архив Архив

РЕКЛАМА

РК НА FACEBOOK